r1
Действительно трудно. Признаюсь честно - ничего не понял.
Герман снял потрясающий фильм. Потрясающий в эстетическом отношении. В Арканаре действительно есть только серость. Причем так было не всегда (Румата разглядывает затертые фрески во дворце, и это одна из сильнейших сцен в фильме). А потом этого не стало, и вся страна рухнула в какую-то бездну.
В которой ужасно даже не столько то что происходит (все эти казни, пытки и гавно на улицах), а то что никакого выхода нет и даже воспоминания о иной возможности нет. Здесь фильм идет даже дальше книги, в которой хотя бы ставят пьесу "Маршал Тоц".
И вот в бездну помещается нормальный человек, Румата. Который вполне закономерно сходит с ума. Две других сильнейших сцены фильма - собственно когда Румата говорит себе и зрителям "Я убью дона Рэбу" и конец, где после смерти Ари Румата принимает решение вмешаться и просит "Господи, останови меня", вполне еще понимая, что от его вмешательства лучше не станет. И если в книге еще можно заставить себя поверить, что лучше стало и Румата выкосил всех плохих, то в фильме никаких иллюзий не остается - гнев бога ужасен.
Однако при всем при этом у меня после просмотра осталось острое ощущениетого, что не смотря на всю продолжительность съемок фильм или остался недаделаным или в процессе работы над ним несколько раз поменялась концепция.
Для меня бросились в глаза различие между повествовательным прологом, путанным начало и серидиной (здесь герой как бы еще пытается бороться с охватывающим его безумием) и четким прямым повествованием с момента выхода Руматы из дворца и гибелью дона Пампы (Румата уже отказался от осмысления происходящего и вступил на путь иного воприятия, он идет к страшному финалу освобождаясь от необходимости играть по правилам).
В таком отношении фильм выглядит цельным и завершенным.
Однако это не объясняет сюжетных сцен и диалогов из повести. Собственно с другой точки зрения фильм выглядит так Румата поговорил (очень близко к тексту, иногда дословно) с одним персонажем - оконулся в Арканар - поговорил с другим. И так далее. если не читать повесть и не знать с кем и очем он говорит, то понять диалоги практически не возможно. Просто шизофреник общается с какими-то людьми. Собственно, они бы даже не нуждались в именах, их мотивы не понятны - просто люди-маски, люди-функции. Но диалоги, которые играли важную роль в повести сохранены. И для меня не понятны мотивы Германа в этом отношении.
Второй большой вопрос - земляне. Если в повести они мучаются из научного познания и приверженности теории, а Румата в какой-то момент отказывается ей следовать, то в фильме в необходимость исследования не верит, каежтся, никто, а ненормальность светится во всех участникаъ экспедиции. Их бы всех как Румату эвакуировали.
И последний, третий вопрос - в чем смысл эпилога. Можно было бы предположить, что Румата выполнил свое намерение и отказался покидать падший мир, в котором и сам пал. Но по заснеженному полю в отряде рыцарей скачет вся экспедиция землян. Неуже все и даже многомудрый теоретик дон Кондор решили вмешаться не смотря на очевидную невозможность все изменить?

@темы: про кино